Линкор «Северная Каролина», взгляд изнутри и снаружи.

Помните песенку из далекого детства: «Что тебе снится, крейсер «Аврора»? Когда глаза горели при виде танков, военных кораблей и самолетов, и отчетливо чувствовалась досада, что все войны и геройские подвиги прошли мимо нас, а нам остается только листать историю и видеть сны о дальних походах…

Служитель музея линкора «Северная Каролина» поинтересовался откуда я… Из России? — удивилась она. Да, — ничуть не смутившись ответил я и добавил, — я шпион и хочу непременно сфотографировать все. На этом и порешили, и я отправился осматривать боевой линейный корабль во всех его видах, куда только было разрешено засунуть свой любопытный нос.

Линкор сошел со стапелей в 1937 году, когда Гитлер строил планы на Вторую Мировую Войну и кораблю довелось участвовать не в одном десятке боевых сражений. Рассчитанный на 1800 человек экипажа, во время войны корабль нес на своем борту до 2300 человек, в зависимости от выполняемых целей, а длинна его палубы равна длине 2,5 футбольных полей. Максимальная скорость судна составляет 28 узлов, а вырабатываемая мощность электрической установки в 8,4 мегаватт способна обеспечить небольшой городок, численностью 5-6 тыс. человек.

Корабль является авианесущим. Палуба не имеет взлетно-посадочной полосы, а в силу даты его строительства — не обладает вертолетной площадкой, т.к. вертолеты во время ВОВ практически не использовались. Гидросамолет опускался на поверхность воды специальным краном, откуда и взлетал. После посадки, таким же способом поднимался обратно на борт судна.

По замечанию Ярослава Тарнавского дополню, что гидросамолет мог стартовать с палубы при помощи специальных катапульт OS2U Kingfisher с пороховыми зарядами. Осмелюсь предположить, что в обычном порядке, самолеты все-же спускались на воду для взлета, чтобы не расходовать лишние пороховые заряды, а также не подвергать пилотов и самолет лишним нагрузкам. Но информация о катапультах, кажется мне довольно интересной.

Главный калибр судна — 16 дюймов (406 мм), в общей сложности 9 стволов, скомпонованных в трех орудийных башнях, по три в каждой.

На судне имеются две командные башни управления орудиями главного калибра и одна башня управления орудиями меньшего калибра, расположенными по бортам корабля. Сама система снаряжения орудий ГК представляет собой сложную систему, в которой разобраться получится не сразу, но об этом чуть позже…

В 1960 году линкор «Северная Каролина» вышел в «отставку», а в 1961 году, на средства жителей одноименного штата открыл свои двери для посетителей в качестве музея. Мне посчастливилось эксклюзивно обследовать открытые для просмотра части корабля, а значит я просто обязан показать их вам. Без туристов, без гидов, только с моими комментариями. А начнем мы с самой башни главного калибра.

В самой башне находятся несколько отсеков, в том числе снаряжение каждого ствола происходит отдельным расчетом, в отдельном отсеке башни. На фотографии выше основной отсек орудийной башни с встроенным перископом, представляющим мощнейший оптический прибор (размеры которого вы можете представить). «Окна» перископа выходят на обе стороны башни, как и более малые оптические устройства. Мне удалось посмотреть в видоискатель этого чудовища, но сделать снимок не представлялось возможным.

Заряжание орудия происходит вручную, с помощью механических приспособлений и выполняется, как я уже говорил, самостоятельным расчетом на каждое орудие.

Вы видите эти фигуры? Запомните это место, мы к нему обязательно вернемся из недр нижних палуб, как и к самим фигурам, а пока перенесемся в мирные помещения, обеспечивающие жизнедеятельность корабля.

А что является для солдата наиважнейшим? Правильно, столовая, совмещенная с кухней, что на языке «морских волков» зовется «камбузом». Для офицерского состава предусмотрена кают-компания, но она оказалась совершенно не интересной и говорить о ней я не стану, в отличие от столовой и камбуза.

Столы для приема пищи располагаются по обоим бортам, прилегая к расположенному между ними камбузу (кухне).

Кто служил в армии или был связан с предприятиями общественного питания знает, какого размера бывает «посуда» для приготовления пищи. Например в один из котлов могу поместиться я. Но я не вкусный и готовить из меня суп для военных моряков вряд ли имеет смысл.

Боевой корабль, это абсолютно автономное воинское подразделение, а особенностью кораблей Соединенных Штатов является, например, закусочная, в которой матросы могут приобрести «хот-дог» и пепси, или что-то еще из предлагаемого меню. Я не был на судах ВМФ России, но, думаю, там такой закусочной или солдатской чайной (по аналогии с сухопутными частями) нет. Поправьте, если я не прав. Прошу только заметить, что это боевой корабль времен Второй Мировой Войны!

Я не буду досаждать вам десятками фотографий различных приборов, датчиков и устройств, расположенных в отсеках корабля. Но для передачи атмосферы, несколько фотографий все-же будут.

На боевом корабле есть все службы жизнеобеспечения судна и экипажа, в том числе «коммунальные». Например, прачечная.

Или парикмахерская…

За культурный отдых личного состава отвечают библиотека и кинозал, в котором можно посмотреть фильм и перекусить приобретенным в «ларьке» хот-догом.

Не менее интересным, как мне показалось, является наличие на корабле целой почтовой службы со своим офисом, окном приема и выдачи корреспонденции, продажи марок и конвертов.

После приема пищи и чтения писем из дома, главным делом любого солдата и матроса, является здоровый сон. На корабле это происходит примерно так.

Я попробовал взгромоздиться на одну из кроватей и понял, почему я оказался в свое время в ВДВ, а не в ВМФ — мои ноги устойчиво легли на соседнюю койку, доставляя явные неудобства моему предполагаемому соседу.

Конечно, я не мог не посетить святая святых солдатского быта — уборную или клозет, или гальюн, как бы меня поправили бороздившие моря и океаны друзья.

Как вы понимаете, на судне не предусмотрено место для хранения биологических отходов. Поэтому по единому «конвейеру» все нечистоты отправляются прямо на корм рыбам… Слив происходит одним краном и морской водой, чтобы экономить запасы пресной.

Запасы пресной воды на судне большие, но ее экономия есть залог санитарии и благополучия всего экипажа. Об этом напоминают соответствующие надписи на душевой. Кстати, не во всех сухопутных частях России сегодня есть душевые кабины в подразделениях, да и горячая вода в общем (можете мне поверить, я говорю то, с чем знаком лично), так что в отношении гигиены можно сделать вывод.

Сами понимаете, по соображениям безопасности мальчишек и девчонок, которые будут читать этот пост, голые попки мы уберем за табличку. 🙂

Военное судно не оснащено кондиционерами и, даже, став музеем, не обрело этой системы комфорта, о чем предупреждают несколько надписей на входе. Вентиляция отсеков осуществляется частично силами штатной системы вентиляции, а частично установленными вентиляторами и вентиляторами с возможностью подогрева воздуха.

Если вы страдаете удушьями или боитесь замкнутых пространств, то этот музей вам стоит посещать только на страницах моего журнала. Даже, будучи абсолютно одним посетителем музея, я испытывал откровенную духоту и был готов раздеться, подражая военным морякам с экранов телевизоров, бегающих по нутру судна с голым торсом, обливаясь благородным трудовым потом.

Узкие проходы, низкие потолки, сложная система ориентирования в пространстве, заставляет задуматься, как быстро найдут здесь мое бездыханное тело, если что-то случится? Поэтому осторожность и еще раз осторожность! Если есть поручень, значит за него надо держаться, а не щеголять вальяжной походкой туриста.

Но, возвращаясь к описанию судна, стоит заметить, что на корабле предусмотрено множество ремонтных мастерских, от ремонта обуви, до ремонта механизмов и изготовления деталей из заменяющих. Это абсолютно справедливо, учитывая, что поломка может произойти вдали от дружественного порта, в открытом море или в условиях боевых действий, когда исправность каждой системы является залогом выполнения боевой задачи, да и условием существования корабля и его команды в целом.

Вы еще не устали? А я уже устал, но желание показать вам все, толкает меня вперед, точнее вниз и, помня о правилах безопасности, я спускаюсь все ниже и ниже, оказываясь уже ниже уровня воды или ватерлинии, как будет более правильно.

Вообще, бродя по кораблю, меня преследовало вязкое чувство, что я оказался на корабле-призраке, который по непонятным причинам покинула команда. Тихие поскрипывания металла, жужжание систем жизнеобеспечения и гулкое эхо моих шагов. Только это уже достойно отдельной записи, так как невозможно передать этих эмоций ни словами, ни фотографиями…

Иногда у меня были видения призраков исчезнувшего экипажа. Эти белесые создания все еще стояли у своих приборов, внимательно наблюдая за эфиром, всматриваясь в экраны радаров, вводя какие-то поправки и настройки, не обращая никакого внимания на одинокого посетителя, потревожившего их службу.

Помните эти фигуры в башне главного калибра? Да-да… это все те же признаки минувшего времени, которые разбавляли мое одиночество, которое окружало меня повсюду.

Если обратите внимание, то переборка между отсеками видоизменена и в ней вырезан часть стены, чтобы обеспечить сухопутным крысам, таким как я, возможность более комфортно передвигаться по судну, хотя и это было затруднительно.

Но, вернемся к орудийной башни главного калибра: Я все думал, сначала дать вам схему башни или оставить это на потом, но боюсь, что слишком запутаю вас, если не покажу ее устройство до того, как мы спустимся еще ниже, в самое сердце боевой мощи линкора.

А теперь будем постепенно опускаться на самое дно этого монстра.

Кстати, стоит заметить, что фотография выше, сделана в режиме HDR камеры Canon 5D Mark III, т.к. в помещении был слишком большой контраст, а использовать вспышку я посчитал кощунством.

О размере снаряда вы можете судить только потому, что в этом помещении я, будучи 192 см роста, стоял не пригибаясь под высотой потолков. И это только боевая часть снаряда — боеголовок, который… но об этом чуть позже.

Опускаемся еще ниже. Если посмотреть внимательно, лестница здесь не родная, как и само окно в полу. Все отсеки боевой части ГК изолированы друг от друга на случай возгорания, детонации, попадания снаряда противника и т.п. Передвижения между отсеками происходит по узкому тоннелю, в который я с трудом протиснусь даже без фотоаппарата.

А вот и сама поворотная часть башни, которая вращается внутри корпуса судна вместе с самой башней. Теперь вы оценили масштаб этого «айсберга», вершина которого ощетинилась стволами на верхней палубе?

Как я уже говорил, многое сделано для облегчения страданий «сухопутных крыс». Все эти защитные решетки на шахте, лесенки и большинство осветительных приборов являются не оригинальными и в боевом состоянии попросту отсутствовали.

С трудом протискиваюсь в соседние отсеки. Здесь расположена система хранения и подачи наверх пороховых зарядов, которые укладываются по несколько штук после боеголовки, что было видно на одной из фотографий орудийной башни внутри.

Каждый пороховой заряд подается по отдельности с помощью специальных механизмов, чтобы обезопасить экипаж от возгораний и детонации. А хранятся они в специальных контейнерах, заменивших деревянные пороховые бочки средневековья.

Какая же армия без «зеленки» медпункта? Есть медицинский отсек и на крейсере. Больных или раненных членов команды осматривают вот на таком столе.

Если требуется хирургическая помощь, то имеется и операционный отсек.

А так живет дежурный офицер-медик…

Вообще, у меня огромное количество фотографий отсеков и, чтобы разместить их в один пост, потребовалось бы несколько страниц. Если вам интересны полноразмерные фотографии для печатного или интернет-издания, свяжитесь со мной и мы обсудим порядок их использования и передачи вам.

Есть на судне каюта капитана и высшего офицерского состава, но снимать их мне показалось не интересным и скучным, нежели условия быта и службы обычных матросов и старшин военно-морского флота США и линкора «Северная Каролина», в боевой рубке которого я встал к штурвалу.

Даже не будучи моряком, а тем более военным моряком ВМФ России или ВМФ США, я премного благодарен людям, которые хранят этот корабль в боеготовном сотоянии, не отправив его на металлолом или ржаветь на «кладбище», позволяя прикоснуться к странице истории из мальчишеской мечты, настоящему боевому кораблю.

Не просто прикоснуться, не пройтись по палубе, а на маленький отрезок времени слиться с его корпусом, вдохнуть его воздух, слиться с его душой, почувствовав какой-то заряд энергии; подумать о тех, кто шел на нем в бой; услышать голос его переборок…

Помните я говорил о корабле, который в одно мгновение покинула команда? Это ощущение не ужаса, это осознание того, что корабль, словно живой, кажется, что в один момент в его отсеках забегают матросы, корпус вздрогнет от мощных двигателей и подхватив марш военного оркестра он отойдет от причала…

И я благодарен судьбе за то, что я смог почувствовать эту атмосферу в одиночестве, не слыша причмокиваний заблудившихся туристов, позволив себе затаив дыхание, пройти по настоящему, боевому великану — линкору «Северная Каролина».

Все картинки можно кликнуть для просмотра в чуть большем разрешении.

Я буду благодарен за комментарии, а также если вы расскажете своим друзьям об этой интересной, на мой взгляд, записи в социальных сетях.

Перепост возможен в полном виде с обязательным указанием источника и активной ссылкой. Условия использования изображений в другом виде, должны быть оговорены со мной.

P.S. Пост подправлен по замечаниям пользователя ЖЖ forrest66: естественно «Северная Каролина» является линейным кораблем, а не крейсером и была головным кораблем флота. Американцы называют ее сестрой «Вашингтона» — линкора-близнеца. В ЖЖ пост править не стал, только сделал приписку.